В последние дни после поражения Дональд Трамп ведет себя как человек, который отказывается признавать реальность.
Пока Республиканская партия разбирает обломки после политического землетрясения, президент, словно ничего не произошло, подписывает стальную балку для нового бального зала Белого дома и летит во Флориду выступать с речью о космической программе. В последние дни он выглядит подавленным и несколько ошеломленным.
Америка тоже пытается осмыслить произошедшее. Демократы одержали убедительные победы в Техасе, Канзасе и Южной Каролине — штатах, десятилетиями считавшихся оплотами республиканцев. Возможно, к ним присоединится даже Миссисипи.
Но если вердикт избирателей совершенно ясен, то будущее остается неопределенным. После десятилетия, в течение которого Трамп доминировал в американской политике, страна вступает в своеобразное междуцарствие — период между моментом, когда американцы фактически решили покончить с Трампом, и моментом, когда его президентство действительно закончится.
Как непопулярный президент, отвергнутый избирателями, будет управлять страной в оставшиеся два года? Как разгромленная Республиканская партия начнет готовиться к эпохе после Трампа, если сам он не собирается уступать сцену? И смогут ли демократы, получившие большинство в Конгрессе, предложить избирателям что-то большее, чем просто противостояние Трампу?
Ответ на вопрос, выберет ли президент примирение или конфронтацию, появился уже в пятницу. Трамп назначил Стивена Миллера, своего главного идеологического бойца, руководителем аппарата Белого дома. А в субботу предложил главе UFC Дане Уайту стать его пресс-секретарем.
Трамп, возможно, ранен, но раненое животное способно яростно отбиваться.
Тем временем его ближайшие соратники уже начали готовиться к политической жизни после Трампа. Вице-президент Джей Ди Вэнс и министр обороны Пит Хегсет публично выступили с противоположными оценками войны с Ираном и необходимости ее продолжения, фактически открыв дискуссию о будущем Республиканской партии.
Спикер Палаты представителей Майк Джонсон дал понять, что намерен уйти в отставку. Демократы, в свою очередь, пытаются найти баланс между расследованием деятельности администрации Трампа и решением проблем, которые действительно волнуют избирателей, прежде всего роста стоимости жизни.
“Люди говорят нам: да, мы испытываем радость, мы чувствуем облегчение, — рассказала конгрессвумен-демократ Хиллари Схолтен. — Но они также говорят: Конгресс, принимайтесь за работу. Мы не хотим политического театра, не хотим скандалов и внутренних разборок”.
Одно можно утверждать с уверенностью: эпоха фактически единоличного правления закончилась.
За 22 месяца после возвращения в Белый дом Трамп пытался навязать свою волю практически всем сферам американского общества: крупному бизнесу, технологическим компаниям, университетам, юридическим фирмам, банкам, средствам массовой информации, индустрии развлечений, музеям, спорту, вооруженным силам и благотворительным организациям.
Он обратил следственные полномочия ФБР и Министерства юстиции против своих политических противников. Вывел Национальную гвардию на улицы американских городов, а иммиграционную службу ICE превратил в военизированную структуру, задерживающую не только преступников, но и давно живущих в США нелегальных иммигрантов, не совершавших других правонарушений.
Он даже взялся перекраивать Вашингтон: снес Восточное крыло Белого дома ради нового бального зала, построил вертолетную площадку, предложил возвести триумфальную арку и, по собственным подсчетам, создал или восстановил 83 памятника, фонтана и скульптуры.
Теперь всему этому положен предел. В последние два года Трампу придется иметь дело с оппозиционным Конгрессом, располагающим правом проводить расследования, вызывать свидетелей и контролировать государственные расходы.
Изменится и поведение частных организаций, которые прежде уступали президенту из страха перед его местью. Теперь некоторые из них будут опасаться уже демократов, если продолжат демонстрировать чрезмерную покорность Трампу.
“Чары рассеялись, а миф о непобедимости разрушен, — заявил Дэниел Прайс, бывший экономический советник Джорджа Буша-младшего. — Скорее всего, прекратится и коленопреклонение. А тем, кто выражал почтение — будь то пожертвования на бальные залы, покупка мемкоинов, урегулирование необоснованных судебных исков, создание “документальных фильмов” или попытки добиться поблажек от регулирующих органов и государственных контрактов, — вполне возможно, придется держать ответ”.
Историк президентской власти Майкл Бешлосс отмечает, что за последние 80 лет ни один американский президент не вмешивался в деятельность стольких сфер общества.
“Трудно найти прецедент столь масштабных и непредсказуемых перемен в какой-либо другой администрации после Второй мировой войны. Поэтому сейчас в столице можно увидеть немало встревоженных лиц”.
Политическая история Трампа сама по себе напоминает невероятный роман. В 2016 году он потряс мир победой на президентских выборах. Четыре года спустя потерпел поражение, распространял ложь о результатах голосования и пытался удержаться у власти. Затем против него выдвинули уголовные обвинения, он предстал перед судом и был признан виновным. После этого совершил невероятное политическое возвращение в Белый дом.
И вот теперь пережил то, что по некоторым показателям стало самым сокрушительным поражением действующего президента на промежуточных выборах за последние полвека или даже больше.
За эти годы Америка прошла через тяжелейшую пандемию, экономические потрясения, массовые расовые волнения, штурм Капитолия, катастрофическое завершение одной зарубежной войны и безрассудное начало другой. И все это, возможно, еще померкнет перед тем влиянием, которое искусственный интеллект окажет на общество в ближайшие годы.
“Мы словно прошли сквозь зеркало, но Страна чудес оказалась вовсе не чудесной, — сказал Макс Стиер, президент организации Partnership for Public Service. — Это были безумие и разрушение”.
Историк Теви Трой считает, что американское общество наконец устало от бесконечных потрясений.
“Теперь мы видим последствия всего этого хаоса. Люди недовольны. Думаю, они хотели нормальной жизни, но не получают ее ни от одной из партий”.
Ни один президент со времен Франклина Рузвельта не занимал столь долго центральное место в американской общественной жизни. Даже когда Белый дом занимал Джо Байден, Трамп оставался главным предметом политических споров. Из-за него ссорились родственники, друзья и соседи.
Но последние выборы показали, что американцы устали от него — даже в тех южных штатах, где прежде он одерживал уверенные победы.
В отличие от своих предшественников, Трамп практически не признал поражения.
Когда республиканцы Джорджа Буша-младшего в 2006 году потеряли большинство в обеих палатах Конгресса, президент признал, что партия получила “хорошую взбучку”. Когда демократы Барака Обамы потеряли Палату представителей в 2010 году, он признал, что их “основательно разгромили”.
Трамп же не продемонстрировал ни малейшего смирения.
После разгрома демократов на выборах 1994 года Билл Клинтон был вынужден напоминать: “Конституция придает мне значение”. На прошлой неделе Белый дом оказался примерно в таком же положении, опубликовав в интернете сообщение: “ТРАМП ПО-ПРЕЖНЕМУ ВАШ ПРЕЗИДЕНТ”.
Клинтон через два года сумел переизбраться. Трамп такой возможности лишен: Конституция запрещает ему баллотироваться на третий срок.
Впрочем, потеря контроля над Конгрессом не означает полной утраты президентской власти. Джордж Буш-младший после поражения республиканцев в 2006 году увеличил американский контингент в Ираке и изменил военную стратегию. Билл Клинтон в последние два года своего президентства успешно провел военную операцию в Косово.
“Они никуда не исчезли, — напоминает Теви Трой. — Они не добились крупных законодательных успехов, поскольку ни один из них не контролировал Конгресс. Но все они совершили важные дела. В последние два года президентского срока многое может произойти и действительно происходит”.
Тем более что Трамп и прежде предпочитал управлять страной посредством президентских указов, даже когда республиканцы контролировали Конгресс. За исключением закона о снижении налогов, он практически не нуждался в законодательной власти для реализации своих инициатив.
Но время уходит. С каждым днем внимание американской политики будет все больше переключаться на президентские выборы 2028 года. До первых праймериз осталось всего 441 день. Впервые с 1976 года в президентской гонке не будет представителей семей Бушей, Клинтонов, Обам или Трампов.
Если позиции Джей Ди Вэнса действительно ослабли настолько, насколько утверждают республиканские стратеги, предстоящая кампания может стать самой непредсказуемой за столетие — первой с 1928 года, когда на старте ни у одной из партий не будет ни действующего президента среди претендентов, ни очевидного фаворита.
“Со мной уже связываются потенциальные кандидаты на выборах 2028 года, которые собираются приехать в Мичиган, — удивляется конгрессвумен Хиллари Схолтен. — Это какое-то безумие”.
Источник: Peter Baker, The New York Times, 8 ноября 2026 года.
Нужно подписываться на блог: